Если нефть - королева, то Баку ее трон

Фото: banker.az

Фраза вынесенная в заголовок данной статьи принадлежит Уинстону Черчилю. Возможно, кто-то с этим не согласится, т.к. нефть добывается не только в Азербайджане. Но то, что нефть оказывает решающее влияние на экономику многих стран – неоспоримый факт. Для рынка нефти ноябрь ознаменуется дискуссиями о позициях стран ОПЕК, которые они займут на саммите, назначенном на 30 ноября в Вене. Будет обсуждаться выполнение соглашения по ограничению добычи нефти, заключённому в октябре 2016 года и перспективы продления квот после марта 2018-го. Имевшая место ранее бесконтрольная добыча нефти привела к её избытку на рынке и, как следствие, падению цены настолько, что в некоторых государствах добыча переставала быть рентабельной, что ставило под сомнение экономическое развитие стран, зависящих от нефтедобычи. Это в полной мере относится и к Азербайджану. В 2016 году стоимость добываемой в Азербайджане легкой нефти марки AzeriLight опустилась до $32,81 за баррель, что грозило экономическим кризисом, сокращением социальных программ и требовало пересмотра бюджета. В те времена международное рейтинговое агентство “Moody's Investors Service” понизило рейтинг азербайджанских государственных облигаций, заявив о возможном повторном снижении. Основной причиной этого являлось ожидаемое сохранение низких цен на нефть, что оказывало давление на финансовую систему и на платёжный баланс страны, уменьшало доверие к национальной валюте. Аналогично поступило и  рейтинговое агентство Standard & Poor's Ratings Services, снизившее рейтинги Азербайджана в национальной и иностранной валютах. Причём, другие сектора экономики оказались не в состоянии компенсировать потери нефтяного сектора, несмотря на то, что ещё в 2014 году Центральный банк Азербайджана выделил на поддержание национальной валюты $10,3 млрд. Не лучшее положение сложилось и в других странах, вызвав в некоторых даже правительственные кризисы, как это было в Венесуэле. Тогда, в октябре 2016 года, положение спас саммит в Вене, на котором ОПЕК и 9 стран вне картеля, приняли решение сократить масштабы добычи нефти на 1,8 млн баррелей в сутки (б/с).

В октябре с.г. уровень соблюдения квот вырос до 92% против 86% в сентябре, а добыча нефти снизилась до 32,78 млн б/с. Эксперты даже считают, что уже в конце 2017 года, сокращение добычи может привести к незначительному дефициту предложения. И хотя срок действия соглашения истекает в марте 2018-го, вероятнее всего, ноябрьская встреча ОПЕК решит его продлить.

Во всяком случае, наследный принц Саудовской Аравии Мохаммед бин-Салман заявил, что Эр-Рияд поддержит продление квот на добычу нефти, что уже сегодня вдвое снизило избыток запасов. Аналогичного мнения придерживается и министр энергетики Саудовской Аравии Халид аль-Фалих. Правда он же отмечает, что стоит избегать чрезмерного сокращения, чтобы не шокировать рынок. Но подтверждая приверженность процессу сокращения мировых запасов сырья, министр не исключает, что страны ОПЕК начнут “обсуждать плавный выход из текущего договора и, возможно, придут к новому соглашению с целью поддержания баланса спроса и предложения на рынке”. Что это означает, пока не ясно. Но очевидно, что саудовцам невыгодно сокращение добычи нефти на постоянной основе. Эр-Рияд итак взял на себя большие обязательства по сокращению добычи и теперь с сомнением наблюдает, как США захватывают его рынки сбыта.

Правда, в Саудовской Аравии благоприятную нефтяную конъюнктуру напрямую связывают с приватизацией компании “Saudi Aramco”, запланированной на будущий год. На продажу будет вынесено 5% акционерного капитала примерно за $100 млрд.

Россия уже завершила приватизацию своих нефтегазовых активов, сохранив контроль в «Газпроме», «Газпром-нефти», «Роснефти» и «Транснефти». При этом ситуация с бюджетным дефицитом в России намного лучше, чем у большинства других нефтяных стран. К тому же, примерно половину доходов бюджета даёт нефтегазовый сектор, а цены на газ, исходя из газпромовской формулы цены для европейских потребителей, следуют за ценами на нефть с временным интервалом от 6 до 9 месяцев и следовательно будут рости. А между тем, до конца года Россия планирует запуск первой очереди «Ямал СПГ» (сжиженный природный газ). Всего планируется построить три линии, суммарной мощностью 16,5 млн тонн. Так или иначе, президент России Владимир Путин уже высказался в пользу продления нефтяного пакта до конца 2018 год. Правда, санкции Вашингтона, запрещающие физическим и юридическим лицам сотрудничать с российскими компаниями в глубоководных, арктических и сланцевых энергетических проектах, сдерживают спрос на российские нефть и газ. Но это не распространяется на уже начатые проекты, в которых упомянутые в списке санкций российские компании «Роснефть», «Лукойл», «Газпромнефть», «Сургутнефтегаз» и «Газпром» имеют долю более 33%. Санкции распространяются только на проекты, которые начнутся с 29 января 2018 года.

Фото themalaymailonline Министр энергетики России Александр Новак, Президент ОПЕК Мухаммед бен Салех ас-Сада и Министр энергетики Саудовской Аравии Халид аль-Фалих
Фото themalaymailonline Министр энергетики России Александр Новак, Президент ОПЕК Мухаммед бен Салех ас-Сада и Министр энергетики Саудовской Аравии Халид аль-Фалих.

Одним из самых последовательных сторонников продления соглашения о ограничении добычи является Венесуэла - член ОПЕК и крупный производитель нефти. Кризис в этой стране привёл к тому, что она не может выплатить проценты по облигациям, выпущенным государственной нефтяной компанией “Petroleos de Venezuela SA”, а по данным Центробанка Венесуэлы за 2015 год инфляция в стране составила 180,9%.

Иран - один из главных производителей нефти на Ближнем Востоке, согласно соглашению, может добывать до 4 млн б/с, а за текущий год средний показатель составил 3,797 млн. Санкции против Ирана были отменены сравнительно недавно и пока что он не добился особых успехов в привлечении иностранных инвестиций, что препятствует увеличению нефтедобычи. Потому-то министр нефти Ирана - Бижан Намдар-Зангане высказался в поддержку продления договора ОПЕК. Однако, к 2021 году Иран рассчитывает нарастить нефтедобычу до 4,7 млн б/с.  Но это во многом будет зависить от позиции Дональда Трампа по ядерной сделке с Ираном.

Для Ливии и Нигерии квоты на добычу, скорее всего, по-прежнему не будут урезаны, поскольку, собственно говоря, урезать нечего. Нигерия надеется к 2018 году поднять уровень нефтедобычи, после чего обещает рассмотреть вопрос о присоединении к сделке. Ливийская нефтедобыча в этом году выросла всего до 850 000 б/с и вряд ли существенно возрастёт в ближайшее время из-за ограниченного доступа к необходимому для этого капиталу. Эквадор также постарается, запросить отмену квоты, как страна столкнувшаяся с бюджетным кризисом. Но, учитывая её ограниченное влияние в ОПЕК, сомнительно, что картель отнесётся к этому с пониманием.

Кувейт не против соглашения, а его представители даже считают, что если все стороны полностью выполнят возложенные на них обязательства, в марте 2018 года продление квот уже не потребуется.

В целом, страны ОПЕК, с теми или иными оговорками, поддерживают квоты. Однако одним из главных противовесов их усилиям считается наращивание производства сырья в США, где запасы нефти выросли на 856 тыс баррелей, хотя ожидалось, что они сократятся на 2,6 млн, а объем экспорта нефти, дизельного топлива и других нефтепродуктов достиг 7,66 млн баррелей в день. Но одновременно запасы бензина сократились на 5,5 млн баррелей, а дистиллятов на 5,2 млн. В октябре спрос на бензин в США постепенно возрастал, вызывая потребность в увеличении добычи нефти.

С начала года добыча только сланцевой нефти в США выросла на 1,5 млн б/с, превысив сентябрьские 6 млн, а её доля в общей добыче нефти США достигла 63%. В октябре США вошли в семёрку мировых поставщиков. Некоторые эксперты считают, что фактически ОПЕК потерпел поражение в борьбе с американскими сланцевиками. В частности, генеральный секретарь ОПЕК Мухамед Баркиндо практически признал это, обратившись, к не входящим в ОПЕК, США с просьбой отнестись с пониманием к усилиям по балансировке нефтяного рынка. Если учесть, что себестоимость одного сланцевого барреля находится ниже $40, вряд ли следует ожидать, что США согласятся ограничить добычу. Тем более, что запасы нефти в стране выросли, но запасы нефтепродуктов сократились.

Другой проблемной страной является Ирак, из стран ОПЕК, по добыче нефти уступающий только Саудовской Аравии. В принципе, правительство Ирака подтверждает приверженность соблюдению договора. Но стремится нарастить добычу на южных нефтяных месторождениях в ответ на снижение экспорта из спорного нефтеносного региона Киркук, на который претендует недавно продекларировавший независимость Курдистан. Правда, злые языки утверждают, что Ирак давно искал возможность выхода из сделки ОПЕК и еще не решил, стоит ли поддержать продление срока действия договора в марте 2018 года.

В целом надо ожидать, что ноябрьская встреча ОПЕК, отметив положительный эффект от квот, вероятнее всего, решит продлить их, как миниму, на полгода. Но в высказываниях руководителей стран-членов ОПЕК иногда звучат нотки сомнения. Так, уже упоминавшийся министр нефти Саудовской Аравии Халид аль-Фалих заявил, что удовлетворён достигнутым прогрессом, но «организация должна внимательно следить за дорогой и крепко держать руль». Генеральный секретарь ОПЕК Мохамед Баркиндо более откровенно заявил журналистам, что «для поддержания прогресса в следующем году могут потребоваться некоторые чрезвычайные меры». Остаётся неизвестным, означает ли это введение квот для Ливии и Нигерии, давление на Ирак, чтобы принудить его полностью соблюдать свои квоты или приглашение новых участников присоединиться к договору. Но одно можно сказать наверняка, странам, благополучие которых зависит от нефтедолларов необходимо, формируя бюджет на 2018 год принимать все эти факторы во внимание.