Фото: al-monitor
Фото: al-monitor

Выдержит ли экономика Курдистана независимость

В истории с референдумом отдельным вопросом стоит сложная экономическая ситуация в Иракском Курдистане и особенно в Киркуке - городе и одноимённой провинции, где кроме курдов, живут туркмены, арабы, евреи, халдеи

Референдум о независимости, проведённый в конце сентября, предсказуемо окончился победой сторонников независимого Курдистана. Это вызвало ажиотаж и воодушевление среди курдов всего мира. Однако на одном энтузиазме страну не построишь. Политическая воля народа продекларирована, и теперь одним из ключевых является вопрос, вынесенный в заголовок данной статьи. Ведь известно, что захватить власть легче, чем её удержать. В истории с референдумом отдельным вопросом стоит сложная экономическая ситуация в Иракском Курдистане и особенно в Киркуке - городе и одноимённой провинции, где кроме курдов, живут туркмены, арабы, евреи, халдеи.

Спорные территории на курдско-иракской границе всегда были проблемой между арабами и курдами, которые взяли Киркук под контроль в 2003 году, после начала войны в Ираке, начав массово заселять туда своих соотечественников с целью поменять демографический баланс в свою пользу. А в 2014 году, когда иракская армия оставила Киркук под напором ИГИЛ, курдские отряды отбили атаку на этот район и с тех пор считают его своим. С тех пор экономика Иракского Курдистана развивалась и привлекла около 20 тыс. рабочих из других районов. По словам президента Ирака в 2005-2014 гг. Джаляля Талабани, с 2003 года число миллионеров в курдском городе Сулеймания увеличилось с 12 до 2000.  Говорят, получив контроль над этими территориями, курды завладели шестыми по величине запасами нефти в мире, составляющими, по некоторым данным, 60% всей нефти добываемой в Ираке. По приблизительной, возможно завышенной оценке, это 45 млрд. баррелей. Запасы нефти и газа есть и в других районах Курдской автономии в Ираке, но они не так значительны и не до конца разработаны по сравнению с Киркуком. Киркукские нефтегазовые месторождения жизненно важны для будущего гипотетического курдского государства и присутствие курдских вооружённых сил делает этот город де-факто подконтрольным Эрбилю. Но юридически, часть территорий провинций Киркук, Найнава и Дияла не входят в состав Иракского Курдистана, и Багдад выступает против их присоединения к Курдистану, что неоднократно приводило к конфликтам.

В принципе, в Курдистане достаточно высокий уровень жизни по сравнению с другими регионами Ирака. Правда, падение цены на нефть в прошлые годы привело к сокращению доходов работников госсектора и вызвало недовольство. В 2014 году было подписано соглашение Эрбиля с Багдадом о разделе доходов от продаваемой нефти, согласно которому вся добываемая в Иракском Курдистане нефть должна была направляться в турецкий порт Джейхан, где её будет продавать иракская государственная компания «SOMO». За это Багдад обязался отчислять Курдистану 17% своих доходов, что составляет около $12 млрд, а также передать Эрбилю $1 млрд. на зарплаты чиновникам местных органов и военнослужащим. Но позднее Багдад потребовал увеличить поставки и вследствие отказа курдов сократил финансирование. Обе стороны обвинили друг друга в несоблюдении соглашения и Курдистан, снизив оговоренные поставки, увеличил самостоятельные продажи.

На сегодня, в больших промышленных масштабах на территории Курдистана, нефть ещё не разрабатывалась, кроме районов Сулеймания, Дахук и Заху. Есть разведанные запасы в Атруш и Тоуке. В связи с этим намечается постройка нефтеперерабатывающих заводов в главных городах Курдистана - Эрбиль, Сулеймания, Дахук, Заху. А в Салахаддине трубопрокатный завод уже работает.

Относительная безопасность и стабильность позволила курдам заключить ряд инвестиционных контрактов. В 2006 году норвежской компанией DNO в Курдистане была пробурена первая, с момента вторжения в Ирак, нефтяная скважина, содержащая, по предварительным данным, около 100 млн. баррелей нефти и не менее 2800 км3 газа. В Курдистане уже работают Exxon, Total, Chevron, Talisman Energy, Genel Energy, Hunt Oil, Gulf Keystone Petroleum и Marathon Oil.  Добывается битум, добывается и обрабатывается мрамор, есть залежи железа, никеля, угля, меди, золота, цинка, известняка для производства цемента. К юго-западу от Эрбиля находится большое месторождение серы. На территории автономии работают две ГЭС - в Докане и Дербенди-Хане. Правда, они нуждаются в реконструкции, после чего смогут полностью удовлетворить потребности региона в электроэнергии.

ГЭС «Докан» Фото: tpe.ru
ГЭС «Докан» Фото: tpe.ru.

Индустрия строительства в Курдистане на подъёме. В районе Сулеймания расположены два крупных цементных завода и намечено строительство нового завода в Харире. Имеются также крупные предприятия текстильной и пищевой промышленности. Правда, после 1991 года, они в упадке. Есть планы по строительству Media City в Эрбиле и зон свободной торговли вблизи границ Турции и Ирана. Функционируют несколько аэропортов, но международным является только аэропорт в Эрбиле.

Но основным источником дохода Курдистана остаётся нефть. Правда, в сентябре цены на неё снижались в связи с глобальным переизбытком сырья, вызванным тем, что добыча нефти странами ОПЕК выросла, достигнув 32,86 млн. баррелей в сутки. В основном это Ливия и Ирак, увеличивший экспорт нефти, добываемой с южных, не подконтрольных Ираку участков, в среднем до 3,240 млн. б/с. Саудовская Аравия, также увеличила добычу до 10.06 млн. б/с, а Кувейт - до 2.76 млн. б/с. Не говоря уж о наращивании буровой активности в США, где число буровых установок только за первый месяц осени достигло 750-ти против 425 установок годом ранее. Правда, на стабилизацию цен работают сообщения о возможной остановке транзита нефти из Иракского Курдистана через Турцию - одного из главных противников независимости этого региона. Об этом неоднократно говорил президент Турции Эрдоган, обещавший, что будет решать вопросы относительно экспорта нефти только с правительством Ирака. Между тем, трубопровод, связывающий северную часть Ирака с турецким портом Джейхан, переправляет 500-600 тыс. баррелей нефти в день.

Кроме того, разгорается скандал, связанный с тем, что министр нефти Ирака Джаббар аль-Луаиби обсуждал со своим иранским коллегой планы строительства трубопровода для транспортировки сырой нефти Киркука на нефтеперерабатывающий завод в Иране, в обмен на готовые нефтепродукты. Губернатор провинции - Наджмалдин Карим выступил против этой сделки, обсуждавшейся без консультации с властями провинции.

Да и Багдад может перекрыть или, хотя бы, существенно затруднить экспорт нефти из Курдистана. Тем более, что компании, желающие работать в Курдистане, стремятся договориться с местными властями, а не с правительством Ирака. Из-за этого Багдад обвиняет курдов в переманивании международных нефтяных компаний и сотрудничестве с ними в обход центральных властей. Если Багдад пойдёт на блокаду сепаратистского региона, соседние нефтедобывающие страны будут рады присоединиться к блокаде, что создаст большие проблемы автономии, не имеющей своей производственной базы и импортирующей львиную долю промышленных товаров и продовольствия. Иракский Курдистан располагает большим сельскохозяйственным потенциалом, а местные запасы воды превышают водные запасы всей остальной территории Ирака. Это один из основных сельскохозяйственных районов Ближнего Востока, где выращивалось до 75% всей иракской пшеницы, 40% ячменя, 98% табака, 30% хлопка и 50% фруктов. Традиционно развито животноводство, в основном овцы и козы. Но на местном рынке превалирует импорт из главных противников курдской независимости - Турции и Ирана. В случае закрытия ими границ, вопрос о продовольствии может встать довольно остро. Следствием будет волнение среди населения, а виновным окажется руководство Курдистана. Возможно, курдские лидеры попытаются продавать нефть по заниженным ценам, как это делало Исламское государство. Вопрос только, как его транспортировать, находясь в окружении государств-противников? Между автономией и Турцией функционируют пограничные пропускные пункты - «Ибрагим Халиль» и «Хабур», через которые курдская нефть транспортируется посредством трубопроводов и бензовозов. В настоящее время Курдистан производит около 650 000 б/с, из которых 85% проходит через Турцию, которая, к тому же, является ключевым покупателем нефти и газа Курдистана, и его важным торговым партнером. Из Турции в автономию, через те же пункты, завозят турецкие товары. И блокада неминуемо вызовет кризис в экономике Курдистана, но ударит и по турецким компаниям, ориентированным на автономный регион. Только в первой половине 2017 года товарооборот между Турцией и Курдистаном составил $5 млрд, что на 20% больше, чем за тот же период прошлого года. В сухом остатке, Турция и Иран выступают против референдума, называя его «исторической ошибкой» и «опасным шагом». Но, и у Анкары, и у Тегерана есть серьёзные экономические интересы в Курдистане. Тем не менее, Тегеран уже запретил ввоз и вывоз горюче-смазочных материалов в города и населённые пункты Иракского Курдистана.

В таких условиях глотком воздуха для Эрбиля может оказаться соглашение с компанией «Роснефть» о разработке пяти нефтяных месторождений в течение двадцати лет, включая значительные инвестиции в инфраструктуру, что усилит экспортный потенциал региона, который, как ожидается, достигнет 1 млн. б/с к следующему году. Детали сделки, условия контракта, как и расположение месторождений, о которых идет речь, держатся в секрете. Но из немногих, известных деталей, можно заключить, что наиболее вероятными являются месторождения в Сулеймании и Киркуке, от которых в прошлом году отказалась американская компания Exxon Mobil. Reuters считает, что Россия заняла первое место по инвестициям в Иракский Курдистан, в общей сложности, около $4 млрд., обогнав США, Турцию и другие страны. Соглашение планируется подписать до конца года. На первых порах предполагается запуск трубопровода и начало поставок газа внутренним потребителям в 2019 году, а с 2020 начало экспортных поставок.

Стоит ли говорить, что инвестиции из России обеспечат более высокую степень экономической безопасности Курдистана, который в меньшей степени будет зависеть от турецких или каких либо ещё инвестиций и повысит своё  стратегическое значение и международное влияние. Впрочем, маловероятно, что США, Турция и другие страны будут спокойно смотреть на усиление российского влияния в регионе.

Судя по всему, экономическое будущее Курдистана, в случае отделения от Ирака выглядит туманным. Разумеется, нефтяные доходы могут обеспечить экономическое развитие и, в краткосрочной перспективе, скрыть институциональное несовершенство государственных структур. Однако без сильных и подотчётных институтов, правильного и разумного распределения доходов, Курдистану гарантирован период долгосрочной нестабильности.